Интервью (лето 2009)
В последнюю Неделю Музыки GMA 2009 в Нэшвиле мы встретились с Jars of Clay, чтобы поговорить о новом альбоме. Пока ребята наслаждались своим обедом, мы беседовали о теме альбома, смысле песен, и о движущих силах человеческих взаимоотношений
Журналист: Вы, ребята, намеревались сделать альбом The Long Fall Back to Earth об отношениях людей или это произошло естественно?
Стив: Я думаю, что естественность написания альбома прогрессировала, начиная с Good Monsters. Мы как раз имели дело с людскими взаимоотношениями. Я думаю, что работа над Blood: Water Mission, дела на нашей работе и работа над собой в наших семьях и среди друзей – это был способ познать Бога и узнать самих себя, а также приобрести жизненный опыт. Я не знаю, можно ли назвать это как-то особенно, но вот такие наши мысли по этому поводу. Мы, бывало, садились и после случайного вопроса: «Что у тебя на уме?» на поверхность всплывали слова песни… Вот так просто и естественно.
Мэтт: Один наш друг говорит такую фразу: «У идеи должны быть ноги». Под этим он подразумевает вот что. За альбомом Good Monsters стоит много больших идей. Но у этих идей не было «ног». Когда «у идеи есть ноги», она что-то значит, имеет под собой какой-то фундамент. И она просто обязана работать на земном уровне в повседневной жизни. И, думаю, интуиция Дэна, как только мы начали записывать альбом, подсказала ему, что надо взять идеи из Good Monsters, соотнести их с взаимоотношениями между людьми и посмотреть, работают ли они. Именно в этом мы живем. И наша внутренняя личность, думаю, отражается в том, где мы находимся. Альбом Good Monsters был временем внутренних перемен во всех нас. По большей части, это было время, когда мы резко выросли, мы узнали, как прийти к сплоченности и держаться за нее. Но затем были времена, когда мы узнавали, что значит стараться хранить дружбу и отношения с людьми, и как ясность ума не всегда может помочь сделать это. Определенно отношения со временем могут стать мрачными и сложными. И перед тем, как я узнал, куда мы, как группа, пойдем дальше, интуиция Дэна подсказала ему начать писать именно таких ситуациях. Как только мы начали делать это, мы начали видеть связь между двумя альбомами.
Дэн: Я начал писать песни с того же места, откуда пришел Good Monsters. Я имею ввиду, что сначала мы были обеспокоены этим альбомом, потому что мы смотрели на Good Monsters, как на удивительный проект. Мы, как авторы песен и продюсеры, чувствовали, что мы собираем что-то воедино вместе, и мы были довольны этим. После этого альбома проделать то же самое было гораздо труднее, потому что, когда мы писали Good Monsters, нам казалось, что мы повсюду слышим людей, говорящих о социальной справедливости, и просто писали песни об этом. Но когда я собирался писать песни для следующего альбома, это больше не вдохновляло меня. Одна мысль, что мы будем заниматься этим и будем вкладываться в эти темы, убивала всякое желание писать песни вообще. И каждый раз, когда я пытался приблизиться к нужной теме для песен, она была слишком высока для меня. Нужная тема тихо пряталась среди тысяч других идей и была как раз там, где я не хотел ее искать.
Чарли: Мы не могли ее увидеть…
Дэн: Да, именно так. Было такое ощущение, что мы пытаемся сказать другими словами то, что мы уже сказали ранее. И тогда настал момент, когда я почувствовал, как нужная тема буквально ударила меня. Борьба, которая происходила в жизнях моих друзей, чьи семьи развалились, люди, которые проходили через невероятные лишения и трудности, глупые вещи, которые они выбирали, и потом им приходилось строить все заново… Весь этот материал мелькал у нас перед глазами; нам самим он стал очень близок, так что даже не знаю, как мы могли не написать об этом. Но все же писать на эту тему было страшновато, потому что многие слова, которые я привык использовать, метафоры, они просто не работали. Потому для этого альбома я поднял планку, ведь мы собирались говорить о вещах, которые более близки людям, более интимны, и я не мог использовать тот возвышенный язык, что использовал обычно. Так что мне пришлось учиться заново писать песни, потому что теперь их нужно было писать совсем не так, как я их писал в прошлом…
Журналист: Но я думаю что альбом все еще звучит… по-Хазелтиновски…
Дэн: *Стив смеется* Да так и есть, спасибо. Я не хотел притворяться кем-то другим, говоря «МЫ». Просто я не хотел выделять себя как-то, как например: «Дерек Вебб написал песню». Я хотел, чтоб всегда оставались мы.
Чарли: Для нас вызовом было писать песни вроде Headphones. Она более сфокусирована на мире и в ней есть социальный контекст. Возвращение к этой песне стало для Дэна вызовом… Он постоянно делал ее более личной, направленной на взаимоотношения людей. Он добавил голос Кэти и вставил что-то вроде «пропущенного разговора». Это меняет саму идею песни, и вместо того, чтобы получилась легкая неземная песня о наушниках и освобождении от уз, получилось нечто особенное.
Дэн: И Стив тоже очень преуспел в этом. Потому что мы написали песню только для одной личности – просто «мое мировоззрение», и сделали ее более повествовательной - но у Стива была идея, как и при написании Mirror & Smoke. Как он сам это сказал: « Думаю мы улучшим песню и сделаем ее неотразимой если добавим чуть больше диалога, разговора». Так что закончив с Mirrors & Smoke мы внесли Лэя Нэша и Кэти Гэрциг.
Стив: Также у нас много женских образов. Сами песни полны различных аспектов взаимоотношений. Одна очень интересная история описана в песне There Might Be a Light об отце, который покинул свой дом и хотел вернуться назад любым способом.
Журналист: Думаю There Might Be A Light – моя любимая песня из альбома.
Чарли: Правда? И это после такого долгого времени? Круто!
Журналист: А как насчет песни Safe to Land? Случилось ли что-то особенное, что вдохновило написать ее?
Стив: Да, последние 15 лет!
Мэтт: Скажу и да, и нет… Я пришел в тот день, борясь с написанием кое-какого материала. И я определенно чувствовал, что у этой песни будет особенный характер. Я поделился переживаниями с ребятами и сказал: «Как мы можем назвать такую песню?» И все начали записывать что-то вроде Safe to love… Дэн неправильно понял и переспросил: Safe Тo Love или Safe Тo Land? И нам всем больше понравился второй вариант.
Вообще интересно. Бывают песни, которые во время написания уже кажутся тебе особенными, и ты знаешь, как и что в них нужно сделать. А есть песни, для которых необходимо включать воображение, например: «А что если сюда включить большой барабан или еще что-нибудь? Было бы неплохо!» Так что Safe Tо Land была одной из них.
Чарли: Нам она очень понравилась.
Мэтт: *указывая на Стива* Ты пришел к нам с первой музыкальной идеей для песни, с нее мы начали. Я помню, как ты сыграл ту часть для нас. Она оказалась очень классной.
Сообщения чата
|
|
|
|
|
 |
 |
 |